The Elder Scrolls IV исполнилось 15 лет

20 марта 2006 года в продаже появилась The Elder Scrolls IV. Сегодня же у игры день рождения, — ей исполняется 15 лет. В честь юбилея предлагаю окунуться в воспоминания о самой спорной, но довольно амбициозной части Древних Свитков.

Старушка Обливион. У этой игры интересная история и судьба. После негостеприимного, но самобытного Морровинда, разработчили пригласили игроков в центр Империи Септимов. Мы отправлялись в Сиродил — сердце самого крупного государства в истории Тамриэля. Башня Белого Золота и стены Имперского Города показывали то величие, которого достигли имперцы, некогда раздираемый войнами и междуусобицами людской народ.

Игрока встречал Уриэль Септим, император, который чувствовал судьбу как никто другой. Именно он отправил Героя Даггерфолла расследовать смерть короля Лизандуса (события TES II: Daggerfall), а также смог разгадать и помочь притворить в жизнь пророчество о Нереварине (события TES III: Morrowind). Уриэль чувствовал приближение смерти, а игрок стал свидетелем рока судьбы.

Сюжет начинает быстро втягивать игрока в гущу загадочных событий, но выходя за пределы первой локации он волен отправиться выполнять побочные задания и исследовать мир. Это всегда было фишкой серии, и команда не стала изменять её в Обливионе.

Но в открытом мире раскроется та двойственная сторона игры, которая и делает её самой спорной среди трёхмерных игр Древних Свитков. Разочаруются те, кто внимательно следил за лором вселенной, а также с удовольствием внимал всем речам разработчиков.

Концепт-арт Имперского Города.

Изменения в ЛОРЕ

Тут я буду обращаться к тексту настоящего фаната Oblivion и лишь кратко расскажу о том, на что обратил внимание автор оригинального текста. Настоятельно рекомендую прочитать материал Gorv'а, если вы хотите более полно понять, что случилось с лором игры.

Начнём с того, что имперцы — это собирательное название двух этнокультурных групп: коловианцев и нибенейцев.

Сиродил всегда был плавильным котлом для разных культур. Пришедшие сюда людские народы попали в рабство айледов, что отразилось на их культуре. Позднее, под предводительсовом Святой Алессии, люди сбросили оковы рабства и почти полностью уничтожили своих угнетателей. Впоследствии в Сиродил вторгались норды, ричмены, а затем и акавири, загадочная раса с контиента Акавир.

Статья о имперцах

Группы происходят от коренных недов и сиро-нордских народов, которые были порабощены айлейдами, хотя после непрерывных вторжений и взаимоотношений с другими расами появились некоторые отличия.

 

Коловианские имперцы западного Сиродила схожи с нордами, разделяя с ними общую веру, а также суровую военную и мореходную традицию.

 

Нибенейские имперцы восточного Сиродила больше унаследовали от акавири и, в меньшей степени, от эльфов. Они обладают хорошими задатками для магии, искусства, торговли и религиозного служения, даже не смотря на свою строгую лояльность к алессианским традициям.

 

Обе группы отражают культуру Империи: смесь норда, альдмера и культуры акавири.

Сиродил — богатое на историю и культуру место. Проблема в том, что двойственность имперцев не была отображена в игре.

Перед нами предстает смуглокожая монолитная раса. Это те имперцы, которых ты ожидаешь увидеть, если не читал внутриигровую литературу. Но если ты вникал в историю игры и ожидал богатого культурного разнообразия, то зайдя в игру тебя ждёт разочарование.

Oblivion вышла спустя пять лет после релиза Morrowind. Последняя до сих пор славится своей проработкой. Неприветливая и закрытая раса данмеров оказалось очень интересной для изучения. Некогда эти эльфы имели золотистый цвет кожи, вели кочевой образ жизни и поклонялись Даэдра. Тогда они называли себя кимерами.

После пришествия в Морровинд кимеры начали вести оседлый образ жизни. Их кочевое прошлое отразилось на настоящем: кимеры никогда не были едины, потому даже найдя место для спокойной жизни они разделились на Великие Дома. После становления Трибунала разделение лишь усилилось. Нашлись те, кто отверг как оседлый образ жизни, так и веру в Трибунал. Они стали называть себя Эшлендарами и поселились преимущественно на острове Вварденфелл.

Подробнее о истории и культуре данмеров можно узнать в этом материале: Все о темных эльфах во вселенной The Elder Scrolls.

Данмеры

Я рассказал всё это не просто так. Культурная разобщённость данмеров была показана во всем объеме в Morrowind. Великие Дома, Эшлендеры, ксенофобия данмеров. На контрасте выделялись прогрессивные и хитрые Хлаалу и ксенофобные волшебники из Дома Телванни. Последние продолжали содержать рабов, несмотря на запрет короля Хелсета.

Поэтому фанаты полюбили Morrowind. И поэтому придя в Oblivion они ожидали увидеть галантных нибенийцев и строгих коловианцев. Посмотреть на конлфикт имперского общества, и может быть поучаствовать в его культурной жизни. Но всего этого не было в игре.

Не менее остро выделялся климат Сиродила и его столица — Имперский город. Вот что пишется о Сиродиле в первом издании путеводителя по Империи:

Имперское Географическое Общество

Это самая большая провинция на континенте, почти целиком занятая бесконечными джунглями. Её центр, зелёные луга Нибенейской долины, окружён экваториальным тропическим лесом и разделён реками. Если путешествовать вдоль этих рек на юг, местность становится всё более субтропической, пока, наконец, земля не сменяется топями Аргонии и тихими водами Топальской бухты.

Но в итоге климат Сиродила из тропического стал континентальным. Разработчики отказались от диковинного разнообразия Морровинда в угоду традиционного фентезийного архетипа. Коловианцы и нибенийцы стали имперцами, сложные для реализации и восприятия тропики превратились в спокойные умеренные леса.

Перед нами привычное средневекое фентези. Графы, герцоги, бескрайние зелёные равнины и мощная, но однообразная империя, которая, как выразился в оригинальном материале сам Gorv, «стала калькой с римлян».

А что насчёт Имперского Города? Это большой и красивый город, разработчики постарались на славу. Но они не дошли до конца в своей работе.

Имперское Географическое Общество

Его [Сиродила] культурная и военная мощь сосредоточились в священной Нибенейской долине — широком пастбище с большим озером в центре. В этом озере было несколько маленьких островов, на которых раскинулся город, испещренный мостами и маршрутами гондол.

Современный Имперский город располагается на одном крупном острове посреди озера, занимая почти всё его пространство. Он большой и величественный, но в нём нет тех «венецианских» следов, которые в нём должны были быть.

Игрок не перемещается между кварталами на лодочках, а проходит из района в район через огромные ворота. Мосты же всё-таки появились, но только один из них перекидывается через реку, связывая город с материком. В остальном город точно также монолитен, как и народ имперцев.

Потеря в разнообразии Имперского города не так критична, как с культурой имперцев и климатом Сиродила, но даже она яркий показатель того, как всё внутреннее наполнение игры подверглось упрощению и унификации.

Почему это было сделано? Можно только гадать. Возможно всё, что было описано в лоре, было трудно реализуемо при тех ресурсах компании. А возможно это целенаправленный ход, который делал пышное и экзотическое место более спокойным и привычным для массового покупателя.

Именно на это жалуются фанаты Morrowind, когда сравнивают третью часть Древних Свитков с четвёртой. Но есть не менее важная проблема, которая сделала Oblivion самой спорной игрой серии.

инновации могут вредить

Тодд Говард не Питер Молинье, но кое-что схожее у них есть. Оба любят обещать золотые горы, а на выходе игрок получает лишь огрызок от тех обещаний. The Elder Scrolls IV: Oblivion должна была стать рывком по сравнению с третьей частью Древних Свитков. И, в какой-то степени, игра действительно ей стала.

Графика на те годы была очень даже неплохой, мир стал больше, хоть и стал менее насыщен, а боевая система выгодно отличалась от боевой системы Morrowind. В The Elder Scrolls III игрок могут нанести десять ударок по противнику и все десять раз промахнуться. Теперь меткость игрока зависела только от него самого. Появилась и физика объектов, которая тоже выгодно отличала новую игру.

Но обещалось большее. Разработчики во главе с Тоддом делали сильный упор на умные системы, которые они разработали для игры. Это сейчас народ сразу поменяется в лице, если услышит о искусственной генерации ландшафтов в открытом мире. Одно дело, когда ты разрабатываешь что-то наподобии No Man's Sky, где ты чисто физически не можешь уделить внимание всем миллиардам планетам, которые есть в игре. Когда дело доходит до не самой большй РПГ, то искусственная генерация скорее повредит итоговым красотам мира.

Природные красоты Oblivion'а

Но тогда всё это звучало иначе. Тодд уверял, что созданная ими система создает красивые природные просторы, что также освобождает руки разработчиков для ещё большего наполнения игры. Это во времена Скайрима Тодд упирал на то, что каждая травинка, каждый камешек размещался командой вручную. Тогда преобладание компьютерной генерации наобот было плюсом, а не минусом. Настоящее поклонение технологиям.

Но не только в ландшафтах всё было отдано на откуп компьютеру. Более интересной системой, которой хвастался Тодд, был Radiant AI.

Radiant AI — технология, разработанная Bethesda, которая позволяет NPC принимать необычные решения и делает их поведение более сложным по сравнению с прошлыми играми. 

На бумаге всё выглядело превосходно. Местные жители получали расписание. Они ходили, занимались своими делами. Работали, ели, спали и общались друг с другом. Общение NPC можно было подслушивать и получать новые квесты. Если вы слушали внимательно, то информация, которая содержалась в разговоре, могла сильно вам помочь при прохождении самого квеста.